Терма в пути. Путеводитель по «озарениям» в Тибете

Что такое терма и почему Тибет превратил ландшафт в книгу

Как тертоны открывали сокровища в прошлом

Где ваша «терма» может встретиться на маршруте?

Краткое разъяснение

В тибетском буддизме терма́ означает особую традицию обретения тайных духовных «сокровищ» (текстов, откровений или реликвий), которые были сокрыты в прошлом и обнаружены в подходящее время тертонами — признанными открывателями «кладов» буддийского учения.

Терма — не просто удачная мысль, случайная находка или внезапное вдохновение. В традиционном объяснении школы Ньингма такие учения и предметы скрывались — прежде всего самим Гуру Падмасамбхавой и его окружением — чтобы позднее быть открытыми в нужный исторический момент. Академические исследования рассматривают терма одновременно как форму религиозного откровения, способ легитимации новых текстов и особый взгляд на тибетский и гималайский ландшафт как на вместилище прошлого.

Уважительная оговорка. Мы используем термин не случайно, но и не буквально. В этом путеводителе выражения «ваша терма», «найти терму на пути» и «озарение путешественника» — не более чем литературные и практические метафоры, обозначающие намерение и смысл путешествия. Мы не приравниваем туриста к тертону, обычный психологический инсайт — к религиозному откровению, а поход — к тантрической практике. Для верующих Ньингма и последователей Бон терма — это часть живой сакральной традиции. Своим текстом мы ни в коем случае не хотим ее высмеять, обесценить или присвоить себе. Напротив, хорошая метафора начинается там, где человек понимает ее границы.

На треке или коре путешественнику не нужно выискивать свиток Падмасамбхавы под каждым камнем. Гораздо интереснее спросить, какое «скрытое сокровище» обнаруживает сам путь. Может оказаться, что им станет понимание собственного страха на перевале, неожиданная доброта незнакомого человека, способность спокойно пережить дождь, молчание в монастырском дворе или простое открытие, что последние три часа вы думали только о кофе.

Главная идея путеводителя проста. Исторически тертон искал то, что, согласно традиции, было спрятано до определенного времени. Современный путешественник может искать не сакральную терму, а что-то скрытое в себе самом, невидимое до тех пор, пока дорога не заставила это увидеть.

И есть еще одно правило, которое стоит запомнить до начала пути. Если вы нашли в пещере древний свиток, статуэтку или ритуальный предмет — это не ваша «терма». В такой ситуации нужно перестать быть поэтом, ничего не трогать и обратиться к хранителям места.

Что такое терма и почему Тибет превратил ландшафт в книгу

Слово gter ma обычно переводят как «сокровище». Исследовательница Джанет Гьяцо показала, что тибетская традиция терма стала способом появления новых авторитетных текстов уже после великой эпохи перевода индийского буддизма в Тибете. Согласно внутренней традиции Ньингма, Падмасамбхава и другие учителя эпохи Тибетской империи скрывали наставления для будущих поколений, а предназначенный для этого тертон должен был открыть их тогда, когда они окажутся особенно нужны. При этом Гьяцо подчеркивает, что сокровища создавались и признавались как буддийскими, так и бонскими сообществами, между которыми существовало взаимное влияние.

В этом представлении особенно интересен ландшафт. Утес, храм, ущелье и скрытая долина могут восприниматься как места, в которых прошлое продолжает присутствовать. В академическом исследовании о тибетских сокровищах это описывается как особая форма «материализации прошлого», при которой учения и священные предметы мыслятся скрытыми в тибетском и гималайском пространстве до наступления подходящих времени и появления нужного человека. Причем понятие «сокровища» исторически могло включать не только тексты, но и ритуальные предметы, изображения, реликвии, лекарства, танцы и даже целые скрытые земли.

Именно поэтому идея терма так хорошо сочетается с путешествием. Здесь маршрут становится способом чтения пространства. Современный турист обычно смотрит на карту и видит точку А, перевал, ночлег и точку Б. Паломник может воспринимать тот же ландшафт иначе. Место обладает историей, памятью и связью с учителями. Паломничество превращает географию в опыт. Исследования тибетского священного ландшафта показывают, что удаленность, горы и места практики продолжают играть активную роль в современной тибетской религиозности.

Отсюда первая полезная мысль для путешественника.

Не спрашивайте у проводника только, что здесь можно увидеть. Спросите (в том числе и у себя), что это место предлагает увидеть в вас.

Земные сокровища и сокровища ума

В традиционных классификациях особенно удобно различать два вида. Земные термы (sa gter, или сатер) связываются с физическим обнаружением текстов и объектов. Термы ума (dgongs gter, или гонгтер) открываются в сознании тертона. В более сложных классификациях присутствуют также повторно открытые сокровища, воспоминания, чистые видения и устные линии откровения, поэтому любое видение автоматически называть «термой ума» было бы неточно. Тибетская традиция сама различает эти способы передачи довольно тщательно.

Для туристической метафоры это дает две замечательные категории.

• «Земная терма путешественника» — это то, что приходит снаружи. Вы вышли за поворот и увидели долину. Встретили старого паломника, услышали молитву, прочитали надпись. Увидели, как местные чинят мост, или внезапно поняли устройство жизни в месте, куда приехали.

• «Терма ума путешественника» — это то, что неожиданно обнаруживается внутри. Например, после четырех часов подъема человек понимает, что его знаменитая любовь к одиночеству прекрасно существует до тех пор, пока кто-нибудь другой несет тяжелый рюкзак.

А что с Бон?

Здесь особенно важно не сводить Бон к слову «шаманизм». Современное изучение Бон показывает гораздо более сложную историю. Традиция сокровищ стала значительной и для Бон, а монография тибетолога Дэна Мартина посвящена именно жизни и спорному наследию Шенчена Луги — бонского открывателя писаний XI века. Наличие параллельных буддийских и бонских сокровищ, взаимная полемика и влияние хорошо документированы исследователями.

Поэтому терма интересна не как доказательство того, что одна религия «взяла» что-то у другой. Гораздо интереснее видеть здесь тибетскую культурную идею, согласно которой истина может быть связана со временем, человеком и местом и раскрыться тогда, когда эти три вещи встретились. Для путешественника это уже почти готовая формула маршрута: место + подходящий момент + внимательный человек = возможность что-то увидеть. Не обязательно сверхъестественное. Иногда достаточно увидеть себя.

Как тертоны открывали сокровища в прошлом

Сразу развеем одну красивую туристическую ошибку. Неверно представлять себе, будто в старом Тибете существовал специальный отряд монахов с кирками, которые ходили от пещеры к пещере и спрашивали, нет ли здесь Падмасамбхавы.

Тертоны не обязательно были монашествующими. Биографическая база Treasury of Lives определяет тертонов как людей, открывавших писания или предметы посредством видений, памяти либо физического извлечения. Среди них встречались монастырские учителя, йоги, миряне — и мужчины, и женщины. Знаменитый Пема Лингпа, например, обучался кузнечному ремеслу. Джомо Менмо была женщиной-тертоном XIII века.

И сам «поиск сокровищ» обычно выглядел сложнее, чем случайная прогулка.

В традиционных биографиях будущий тертон мог получить пророчество, сон, видение, особый знак или указание на место. Мог существовать своего рода ключ или описание будущего открытия. Затем следовали религиозная подготовка, работа с текстом или символическим письмом. После этого человек отправлялся к конкретному месту, которым могла быть пещера, скала, храм, озеро или другое сакральное пространство. Обнаруженное еще требовалось распознать, прочесть, раскрыть и передать. История традиции показывает также, что вопрос подлинности терм был важен для самих тибетцев и обсуждался задолго до появления современного академического скептицизма. Что интересно, современный путешественник может взять почти ту же структуру, ничего не присваивая из религиозной практики.

Вопрос → Подготовка → Путь → Внимание → Инсайт → Проверка жизнью.

Именно такому подходу мы учим в нашей школе проводников.

Четыре маленькие истории о больших сокровищах

• Пема Лингпа и озеро, в которое туристу нырять не надо.

Пема Лингпа, живший в XV и начале XVI века в Бутане, обучался кузнечному делу и стал одним из наиболее знаменитых тертонов. С местом Мебар Цо, известным как Burning Lake («Горящее озеро»), связано традиционное повествование о том, как он вошел в воду и вынес оттуда сокровище. В более поздней версии рассказа перед скептически настроенными свидетелями он вошел в воду с горящей масляной лампой и вернулся с сокровищем, причем лампа продолжала гореть. Современный бутанский путевой очерк показывает, что этот рассказ и сегодня является частью паломнического восприятия места.

Для путешественника мораль неожиданно практична. Не все, что сделал святой в житии, является инструкцией для туриста. Особенно прыжок в горную реку.

• Джомо Менмо и полезное разрушение стереотипа.

Джомо Менмо, жившая в XIII веке, входит в число признанных тертонов Ньингма; ее биография связана с Гуру Човангом, одним из знаменитых ранних открывателей сокровищ. Сам факт ее присутствия в традиции напоминает, что образ тертона нельзя свести к мужчине-монаху, сидящему в монастырской библиотеке.

Для путешественника мораль еще проще. Если заранее решить, как должен выглядеть человек, от которого придет важная мысль, половину важных встреч можно просто не заметить.

• Гуру Чованг и средневековый фактчекинг.

Гуру Чованг, живший в XIII веке, был одним из крупнейших ранних тертонов. Исследование Джанет Гьяцо показывает, что традиция сокровищ уже тогда сталкивалась с вопросом подлинности, и тексты, связанные с Гуру Човангом, обсуждали признаки и основания, по которым можно было отличать авторитетное открытие от сомнительного.

Это очень здоровая новость для современного человека. Даже в мире откровений существовал вопрос «а откуда мы знаем, что это правда?» Поэтому если после двух часов на высоте 4500 метров вам пришло исчерпывающее объяснение устройства Вселенной, можно записать его в блокнот. Но окончательные выводы лучше сделать после завтрака.

• Джигме Лингпа и сокровище, которое не нужно выкапывать.

Джигме Лингпа, живший в XVIII веке, считается тертоном Ньингма и связан с открытием цикла Лонгчен Ньингтик. Он нашел его внутри себя. Здесь как раз имело место религиозное озарение — та самая «терма ума», когда открытие связывается не с извлечением предмета из скалы, а с внутренним откровением и последующей передачей учения.

Для путешественника отсюда следует прекрасное антиинстаграмное правило. Иногда главное, что вы привезете из путешествия, невозможно сфотографировать.

А кора вокруг Кайласа была способом искать термы?

Кора — это ритуальный обход священного места или объекта, форма паломничества. Было бы неправильно превращать ее в стандартную «технологию поиска сокровищ». Но терма и кора встречаются в одном культурном пространстве. Обе практики предполагают, что определенные места могут обладать особым религиозным значением, а движение человека через сакральный ландшафт способно менять его восприятие. Поэтому на коре и даже на пути к ней может быть место, связанное с тертоном или термой, но сама кора не является тибетским вариантом игры «Найди клад». Это различие лучше держать в уме, особенно когда рядом идут люди, для которых это не культурная экскурсия, а молитва.

Где ваша «терма» может встретиться на маршруте?

Самая интересная вещь в путешествии происходит в тот момент, когда человек перестает ждать озарения. На настоящем пути оно вообще имеет неприятную привычку появляться не там, где заказано. Вы заплатили за рассвет над Гималаями, а главное открытие получили возле туалета на второй стоянке. Так бывает.

Как проводник, предлагаю схематичный, но очень рабочий подход к подготовке психики к любому путешествию. Он состоит из трех частей. Подробнее мы рассказываем в школе проводников.

• Вопрос на старте

Начните со старта, когда вы еще чистый, бодрый, рюкзак идеально уложен, фотографии прекрасны, и кажется, что вы отправились «навстречу себе». Задайте один вопрос: «Что я хочу получить от этого пути?» А затем второй: «Что произойдет, если путь даст мне совсем другое?» Это будет ваша первая практика внимательности.

• Тридцать секунд без действий

У священной пещеры первый импульс современного человека очень прост — сфотографироваться, а второй еще проще — взять маленький камень на память. И это нормально, но здесь возникает прекрасная практика. Ничего не делать тридцать секунд. Просто смотреть. Что происходит, когда место существует не как фон для вашей фотографии, а само по себе? Это и может стать вашей метафорической термой. Способность не присваивать.

• Увидеть человека

Иногда важнейшим событием дня оказывается не место, а человек. Вы видите старую женщину, идущую медленнее вас. Через час вы ее обгоняете. Через два — сидите без сил, а она спокойно проходит мимо. Не обязательно сразу делать вывод о превосходстве традиционной мудрости над вашим образом жизни. Путешествие в горах и без того достаточно хорошо умеет унижать человеческое самомнение.

На коре вокруг Кайласа, например, исследователи наблюдали паломников, проходивших маршрут многократно. Некоторые совершали обход с полными простираниями. Там же буддийские и бонские паломники следуют разным направлениям обхода. Это напоминает туристу, что одна и та же тропа может быть для него маршрутом, а для человека рядом — священной дорогой. Поэтому практика здесь одна: прежде чем фотографировать человека, попробуйте его просто увидеть.
И еще один миф, который стоит разрушить. Сила эмоции — плохой критерий для настоящего инсайта. Гораздо точнее другое: осталось ли что-нибудь через месяц. Поэтому после путешествия полезно записать еще три строки.

• Что я увидел.

• Что я понял о себе.

• Что из этого изменит мое поведение дома.

Если в третьей строке пусто, возможно, это было лишь красивое переживание. Тут нет ничего плохого. Не каждое облако обязано быть откровением.

Карта мест, где может встретиться «терма»

Это не карта религиозных терм. Это схема возможных моментов личного открытия.

Обратите внимание на странную особенность этой карты. На ней нет точки «ОЗАРЕНИЕ». Потому что если заранее назначить место озарения, оно превращается в достопримечательность. У настоящих же открытий плохие отношения с расписанием.